Титульный владелец

Понятие титульного владения

УДК 347.251

Страницы в журнале: 53-57

А.А. НОВОСЕЛОВА,

кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права Северо-Западного филиала Российской академии правосудия novanna2007@yandex.ru

Дается развернутая характеристика титульного владения, на основании которого формулируется его определение. Предлагается рассматривать владение как условие возникновения и осуществления вещного права, при этом владение представлено в шести значениях. Кроме того, проводится последовательное разграничение владения и держания.

Ключевые слова: вещное право, право собственность, владение, титульное владение, беститульное владение, держание, добросовестность.

The Concept of Ownership Title

Novoselova A.

Keywords: property law, property rights, possession, legal possession, illegal possession, holding, bona fides.

На сегодняшний день в гражданском законодательстве России отсутствует закрепление владения как самостоятельного вещного права. В то же время представляется, что признание такого права позволило бы объяснить проблемы, решение которых вызывает определенные трудности в теории и на практике.

Одно из оснований классификации владения связано с наличием или отсутствием права на фактическое обладание вещью. Исходя из указанного основания владение подразделяется на титульное и беститульное.

Титульное владение — это владение, опирающееся на законное основание, т. е. титул. Понятие «титул» определяется в литературе как основание какого-либо права. Так, А.М. Эрделевский определяет титул как правовое основание, представляющее собой прямое указание закона или договора.

Титул может иметь как вещный характер (право собственности, ограниченное вещное право), так и обязательственный (например, на основе договора). При этом титул может существовать только в отношении индивидуально-определенной вещи. Истец по вещно-правовому иску вправе опираться как на титул вещно-правового характера, так и на титул, порожденный в результате обязательственных правоотношений. Таким образом, истцом по вещному иску может быть только лицо, обладающее титулом на владение, т. е. законный владелец вещи. Кроме того, правовой титул, на основании которого истец обладал спорной вещью, является юридическим основанием вещных исков.

В статье 305 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) титульное владение понимается в узком смысле — в данной статье говорится обо всех тех, кто имеет правовое основание владеть вещью, но не является собственником вещи. Однако титульное владение как владение, опирающееся на законное основание, подразумевает и владение собственника как лица, обладающего вещью на основании закона. Следовательно, титульным владельцем следует признавать субъекта, владеющего вещью на основании вещных прав (права собственности и иного ограниченного вещного права) или обязательственных прав.

Основанием защиты по ст. 305 ГК РФ является титульное владение. Титульное владение противостоит беститульному. Различие между титульным и беститульным владельцем основывается на объективном признаке и не зависит от сознания самого владельца. Таким признаком является основание приобретения имущества. Владение, которое получено при соблюдении требований правопорядка, называется законным: оно опирается на правовой титул. Незаконное владение — это фактическое обладание вещью, не основанное на праве.

Е.А. Суханов полагает, что вещно-правовая защита титульных владельцев, в том числе субъектов обязательственных, а не только вещных прав на чужое имущество, составляет понятие владельческой защиты. С таким пониманием владельческой защиты нельзя согласиться, поскольку институт владельческой защиты охраняет как титульное (законное), так и беститульное владение (незаконное); беститульное владение делится на добросовестное и недобросовестное.

Если различия между законным и незаконным владением основываются на объективном признаке, то разграничение добросовестного и недобросовестного базируется на субъективном признаке — отношении лица, приобретающего имущество, как к способу приобретения (он должен осуществляться с соблюдением требования закона), так и к оценке обстоятельств приобретения (знание или незнание обстоятельств, препятствующих приобретению). Возможность знать, безусловно, является критерием субъективным. Отсюда непосредственно следует проблема распределения бремени доказывания при рассмотрении спора, т. е. наличие или отсутствие в нашем правопорядке презумпции добросовестности приобретения.

Следует отметить: вещно-правовой защите подлежит в ряде случаев незаконное владение, но в качестве исключения. Беститульное владение защищается потому, что фактическое добросовестное владение может стать основанием приобретения права собственности по давности владения (п. 1 ст. 234, п. 3 ст. 225 ГК РФ). Кроме давностного владения, также не порождает возникновения титульного владения обладание вещью на основании норм о приобретении права собственности в отношении бесхозных вещей (ст. 225 ГК РФ), безнадзорных животных (статьи 230—231 ГК РФ), в результате находки (статьи 227—228 ГК РФ). При этом такой владелец вправе защищать свое незаконное, но добросовестное владение путем предъявления вещно-правовых исков к лицу, нарушающему или оспаривающему его владение (кроме титульных владельцев, имеющих права на вещь в силу закона или договора).

Беститульное добросовестное владение В.В. Шагова предлагает именовать квазититульным владением, которое возникает в силу закона, но осуществляется не как право, а как законный гражданско-правовой интерес. В связи со сказанным вызывает недоумение предложение У.В. Серокуровой считать владение в течение периода приобретательной давности законным. Ошибочность такого мнения обусловлена ненужной фикцией законности владения давностного приобретателя, так как законодательство и без того наделило его защитой как незаконного, но добросовестного владельца.

Законное владение ограничено условиями, причем эти условия сопряжены с интересами собственника; законное владение не может перейти в право собственности. Незаконное владение сроком и условиями не ограничено и при определенных обстоятельствах может привести к приобретению собственности посредством механизма приобретательной давности. До того незаконное владение является не правом, а фактической позицией. Незаконный владелец — это лицо, владеющее вещью против воли собственника, тогда как законный владелец обладает вещью по воле собственника.

В силу ст. 305 ГК РФ истец должен доказать не только факт нарушения его владения, но и наличие у него права на то имущество, которое стало предметом посягательств. Следовательно, вещные иски титульных владельцев относятся к петиторной форме владельческой защиты, в то время как вещные иски давностного владельца (как лица, незаконно, но добросовестно владеющего вещью) — к поссесорной форме владельческой защиты (в этом случае владение защищается как самостоятельное вещное право). Владение как условие возникновения и осуществления вещных прав представлено в следующих значениях: 1) владение как одно из правомочий права собственности; 2) владение как самостоятельное (особое) вещное право; 3) владение как составной элемент способов приобретения права собственности, при котором владелец, так же как и собственник, относится к вещи как к своей; 4) владение как элемент других вещных прав, когда владелец не относится к вещи как к своей и признает власть собственника; 5) владение как элемент других обязательственных прав (правоотношений).

Таким образом, титульное владение имеет место при наличии двух условий: фактической, физической власти над вещью (владение) и наличия правового основания владеть (титул).

В связи с этим нет основания согласиться с В.В. Шаговой, которая отмечает, что в качестве оснований возникновения прав титульных владельцев во всех случаях выступает сложный юридический состав, состоящий из права требования передачи имущества во владение и фактической передачи его титульному владельцу.

Особое значение при доказывании по вещным искам приобретает факт владения, так как, если спорное имущество находится во владении истца, его права на имущество защищает презумпция правомерности фактического владения. Эта презумпция действует как фактическая, она основывается на факте, что в подавляющем большинстве случаев фактический владелец вещи обладает необходимым правомочием. В случае, когда нет возможности разрешить спор на основании собранных по делу доказательств, суд может обосновать решение при помощи презумпции законности фактического владения. Если в ходе рассмотрения дела презумпция правомерности владения истца будет опровергнута, то в требованиях ему будет отказано.

На основании проведенного выше анализа можно говорить о вещно-правовой защите не только права собственности и иных вещных прав, но и всякого титульного владения, в том числе и основанного на договоре.

Важно отметить, что правила гл. 20 ГК РФ применимы только и исключительно к защите вещных прав и не могут применяться для защиты обязательственных прав. В данном случае имеет значение один вопрос: на какие именно титулы может опираться истец, заявляя свои вещно-правовые требования на основании ст. 305 ГК РФ? Однако данный вопрос может звучать и иначе: какие субъективные права можно отнести к вещным?

Ответом на поставленный вопрос является следующее: истец по вещно-правовому иску может опираться как на титул вещно-правового характера, так и на титул, порожденный в результате обязательственных правоотношений. Второй вариант порождает в науке определенные споры. Так, А.М. Эрделевский полагает: ст. 305 ГК РФ распространяется, помимо субъектов прямо названных в законе ограниченных вещных прав, только на титульных владельцев, владеющих имуществом для удовлетворения собственных интересов (арендатор, ссудополучатель, залогодержатель). Это объясняется тем, что права, предусмотренные статьями 301—304 ГК РФ, могут принадлежать не любому титульному владельцу, а лишь такому, который вправе защищать свое владение против собственника вещи.

Владельцы-держатели (хранитель, поверенный, комиссионер, перевозчик и др.), чье владение может утратить основание в результате одностороннего волеизъявления собственника, не вправе защищать свое владение против собственника, что объясняет недопустимость защиты такими титульными владельцами своего владения на основании ст. 305 ГК РФ. Однако у владельца-держателя есть правовой интерес в защите своего владения, и он может такую защиту получить, предъявив в соответствии со ст. 12 ГК РФ требование о восстановлении положения, существовавшего до нарушения права, и (или) требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

По мнению А.О. Рыбалова, хранитель и перевозчик собственного интереса в обладании вещью не имеют. Отсутствие подобного интереса особенно четко видно из того, что поклажедатель выплачивает вознаграждение хранителю именно за держание его вещи. Очевидным А.О. Рыбалову видится, что владение хранителя есть мера его должного (а не возможного) поведения, т. е. его обязанность.

Подобное раскрытие содержания ст. 305 ГК РФ вызывает возражение в связи с тем, что такое узкое толкование нормы изменяет смысл, заложенный в нее законодателем.

В первую очередь необходимо разобраться с категорией «держание». Наиболее распространенный критерий разграничения владения и держания: обладающий вещью как своей есть владелец, как не своей — держатель. В раннем римском частном праве всякий правомерный фактический владелец, не являющийся собственником, рассматривается не как владелец, а как держатель, что делалось для усиления его зависимости от собственника. А последующее разделение владения и держания потеряло свою актуальность, поскольку оба они получили равную защиту.

В соответствии с теорией К.-Ф. Савиньи, именуемой субъективной теорией владения и находящей свое отражение во французском праве до настоящего времени, юридическим владельцем вещи считается лишь тот обладатель вещи, который проявлял желание присвоить себе вещь полностью и не признавал какой-либо высшей власти по отношении к вещи, составлявшей объект его господства. Следовательно, юридическим владельцем являлось только лицо, желавшее господствовать над вещью подобно собственнику. Исходя из этой концепции, французское право различает владение (possession) и временное держание (detention precaire), имея в виду в первом случае владение «для себя и как собственник» (ст. 2230 Гражданского кодекса Франции 1804 года; далее — ГК Франции), а во втором случае — владение «для другого» (статьи 2231 и 2236 ГК Франции). Во Франции до 1975 года держатели вещи не имели права на самостоятельную исковую защиту владельческими исками против нарушения владения, но в настоящее время согласно статьям 2282 и 2283 ГК Франции оно признается.

По мнению Т.Н. Сафроновой, незащищенность держателей объясняется непризнанием самостоятельности их личности со стороны права, но не вообще в обороте, а в отношении конкретной вещи.

По мнению Рудольфа фон Йеренга, различие между владением и держанием заключается не в существе отношений, а создается законом в силу практических соображений с целью создания беззащитности перед владельцем. На основе и в развитие теории Р. Йеринга Германское гражданское уложение 1896 года впервые отказалось от деления на владение и держание, введя взамен понятие двойного (непосредственного и опосредованного) владения, а также снабдив и то, и другое владельческой защитой.

Таким образом, теоретически нет никаких препятствий к вещно-правовой защите держания. Тенденция снабжения защитой держателей наблюдается уже в римском праве в ограниченном числе случаев.

Т.Н. Сафронова отмечает: «Проведение различия между владением прямым и опосредованным делает акцент на естественном компоненте (степень полноты телесного контакта)». В то же время выводимое из норм вещного и обязательственного права разграничение владения на самостоятельное и зависимое (опосредованность отношения к вещи связью с самостоятельным владельцем) можно обозначить не иначе, как соотношением владения и держания, получившего в современном праве защиту и утратившего историческую самобытность.

В.А. Тархов и В.А. Рыбаков обоснованно приходят к выводу, что в нашем гражданском праве нет достаточных оснований для проведения различия между владением и держанием. А.Б. Бабаев последовательно полагает, что собственник уступает хранителю свое право на владение.

Подводя итог, следует отметить, что предметом спора по вещному иску является только индивидуально-определенная или индивидуализированная вещь. Значит, хранитель по договору хранения с обезличением (иррегулярное хранение, ст. 890 ГК РФ) не является титульным владельцем предмета этого договора. Следовательно, все лица, правомерно владеющие индивидуально-определенными или индивидуализированными вещами, пользуются равной защитой вне зависимости от того, на каком титуле основывается их владение.

Библиография

1 См.: Тихомирова Л.В., Тихомиров М.Ю. Юридическая энциклопедия. — М., 1997. С. 445.

2 См.: Эрделевский А.М. О защите прав титульного владельца // Закон. 2004. № 2. С. 31.

3 См.: Маттеи У., Суханов Е.А. Основные положения права собственности. — М., 1999. С. 374.

4 См.: Новоселова А.А., Подшивалов Т.П. Вещные иски: проблемы теории и практики: моногр. — М., 2012. С. 63.

5 См.: Шагова В.В. Титульное владение по российскому гражданскому праву: автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 2002. С. 11.

6 См.: Серокурова У.В. Судебно-арбитражная защита права собственности на недвижимость: автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 2003. С. 9, 21—22.

7 См.: Скловский К.И. Применение гражданского законодательства о собственности и владении: практические вопросы. — М., 2004. С. 151.

8 См.: Шагова В.В. Указ. раб. С. 10.

9 См.: Подшивалов Т. Вещные иски: конкуренция и сочетание // Арбитражный и гражданский процесс. 2009. № 12. С. 20; Подшивалов Т.П. Негаторный иск: дис. … канд. юрид. наук. — Челябинск, 2011. С. 149.

10 См.: Эрделевский А.М. Указ. раб. С. 32—33.

11 См.: Рыбалов А.О. Ограниченные вещные права // Закон. 2007. № 2. С. 52.

12 См.: Гринько М.А. Институт владения в Германском гражданском уложении 1896 года: к истории вопроса // Вестник Московского университета. Серия 11 «Право». 1999. № 3. С. 99 .

13 См.: Сафронова Т.Н. Проблемы владения в гражданском праве: автореф. дис. … канд. юрид. наук. — Саратов, 2002. С. 12.

14 См.: Ihering Rudolf von. Der Besitzwille. — Jena, 1889. S. 7, 431. Приводится по: Тархов В.А., Рыбаков В.А. Собственность и право собственности. — Уфа, 2001. С. 109—110.

15 Сафронова Т.Н. Указ. раб. С. 16.

16 См.: Коновалов А.В. Владение и владельческая защита в гражданском праве. — СПб., 2001. С. 12; Подшивалов Т.П. Процессуальная реализация вещных исков // Недвижимость. Строительство. Право. 2008. № 6. С. 70.

17 См.: Тархов В.А., Рыбаков В.А. Указ. соч. С. 110.

Защита прав владельца, не являющегося собственником

Согласно ст.305 ГК РФ, лицу, не являющемуся собственником, но владеющему имуществом по закону или договору, предоставляются права для защиты права собственности. Гражданский кодекс РФ: часть первая от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ// Сборник законодательства РФ от 5 дек. 1994 г., № 32.

Появление и развитие в гражданском законодательстве защиты прав владельца несобственника обусловлено заботой как об интересах собственников, так и непосредственно владельцев имущества. Это диктуется потребностями гражданского оборота, нуждающегося в гарантиях стабильности владения имуществом, служащего для выполнения определенных хозяйственных, бытовых и иных функций и удовлетворения соответствующих запросов участников договорных отношений.

Владельцем признается лицо, в хозяйстве которого находится вещь. Под владением понимается фактическое обладание вещью, при котором возможно физическое, хозяйственное воздействие на вещь.

Наше гражданское право не знает самостоятельного правового института владения. Оно рассматривает право владения как элемент различных правовых институтов. Например, владение собственника основывается на принадлежащем ему праве собственности, право владения составляет правомочие собственника. Борченко В. А. Право собственности в России/ В. А. Борченко// Нотариус. — 2006. — № 6. — С. 39.

Залогодержатель является владельцем заложенного имущества в силу принадлежащего ему залогового права.

В теории гражданского права различается владение законное и незаконное, добросовестное и недобросовестное, владение собственника и владение лица, не являющегося собственником.

Незаконное владение — это фактическое обладание вещью, не основанное на каком-либо праве и возникшее с нарушением закона (владение краденой вещью, присвоенной находкой и т.п.). Незаконное владение не охраняется правом.

Законное владение опирается на определенное правовое основание (титул владения). Оно осуществляется собственником, а также несобственником, управомоченным владеть чужим имуществом на основе определенного правового титула (договора, закона или административного акта). К титульным владельцам на основании договора относятся: хранитель, наниматель, безвозмездный пользователь имущества и т.д.

Владение собственника, как основанное на праве собственности, является законным, но в отдельных случаях и оно может быть незаконным. Например, если собственник взял самоуправно вещь, которую он передал по договору найма, то его владение будет незаконным.

На законное и незаконное принято подразделять владение несобственника.

Законное владение — приобретенное от собственника (непосредственно или через управомоченное им лицо) с соблюдением установленных правил. Незаконное — владение, приобретенное не от собственника с нарушением установленных правил.

Незаконное владение подразделяется на добросовестное и недобросовестное (законное владение не может быть недобросовестным). Добросовестным признается владение, приобретая которое владелец не знал и не должен был знать о его неправомерности. При этом выражение «не знал и не должен был знать» означает невиновное заблуждение приобретателя. Если приобретатель знал или должен был знать о неправомерности приобретаемого владения, то оно признается недобросовестным (покупка заведомо краденой вещи или покупка дорогой вещи по низкой цене). Аксюк Н. В. Основания и способ приобретения права собственности при отчуждении имущества/ Н. В. Аксюк// Юрист. — 2007. — № 3. — С. 26.

Содержание правомочия владения несобственника зависит от правоотношений с другими лицами, передавшими ему владение имуществом. Несобственник осуществляет свое право владения на основании права другого лица (собственника или носителя права оперативного управления) в пределах, установленных договором с собственником или иным правовым актом. Например, хранитель, экспедитор, наниматель и другие титульные владельцы осуществляют владение вверенным им имуществом, исключительно исходя из условий договора с собственником или управомоченным им лицом.

Право владения у собственника возникает всегда в сочетании с двумя другими правомочиями — пользования и распоряжения. Право владения у титульного владельца может сочетаться или с правом пользования (наниматель) или с правом распоряжения (комиссионер) или вообще может не сочетаться ни с одним, ни с другим, например, владение хранителя (если иное не установлено законом или договором). Но у титульного владельца никогда не может быть одновременно всех трех правомочий: владения, пользования и распоряжения. При сочетании же правомочий владения и распоряжения у титульного владельца они имеют более узкие пределы. Например, распоряжаться имуществом комиссионер может лишь в соответствии с данным ему поручением. Он вправе продать вещь, но не передать ее по договорам займа или имущественного найма или в залог и т.д. Право владения титульного владельца всегда носит срочный характер, а продолжительность владения определяется договором или иным правовым актом. Живихина Н. Б. Общетеоретические вопросы защиты права собственности/ Н. Б. Живихина// Российский судья. — 2006. — № 5. — С. 73. Право титульного владельца на владение, приобретенное по договору с собственником или в силу закона, выступает как производное от права собственности не только по происхождению, но и по характеру, по своему содержанию. Это значительное сходство неизбежно подсказало необходимость применения общих гражданско-правовых способов защиты владения всех законных владельцев (собственников и несобственников).

Наниматель, хранитель, залогодержатель и другие лица, получившие имущество в сферу своего хозяйствования на основании договора или закона, в случае неправомерного выбытия этого имущества из их владения вправе истребовать его из недобросовестного незаконного владения, а в определенных случаях — и из незаконного добросовестного владения. Для применения этого правила необходимо, чтобы истребуемая вещь была в наличие, иначе возникает иск о возмещении убытков. Нельзя также забывать, что ст.ст.301, 304 ГК РФ предусматривают вещно-правовую защиту прав собственника или владельца-несобственника (ст.305 ГК РФ), т.е. когда требования истца вытекают непосредственно из нарушенного права собственности или права титульного владения, а не из сделок или иных обязательственных отношений.

Правильное понимание и применение на практике ст.ст.301, 305 ГК РФ должно обеспечить охрану разнообразных прав и интересов, связанных с временным законным владением чужим имуществом.

Поскольку же это имущество, как правило, должно быть возвращено собственнику, институт защиты прав владельца несобственника должен стать действенным средством гражданско-правовой защиты и интересов собственников.

2.5 Обязательственно-правовые способы защиты права собственности

Вещные права могут быть нарушены и косвенным образом, как последствие нарушения иных, чаще всего обязательственных прав. Например лицо, которому собственник передал свою вещь по договору (арендатор, хранитель, перевозчик и т.п.) отказывается вернуть её собственнику либо возвращает с повреждениями. Здесь речь должна идти о применении обязательственно-правовых способов защиты имущественных прав. Они специально рассчитаны на случаи, когда собственник связан с правонарушителем обязательственными отношениями. Обязательственно-правовые способы защиты носят, следовательно, относительный характер и могут иметь объектом любое имущество, включая как вещи (например, подлежащие передаче приобретателю товары), так и различные права (например, безналичные деньги или «бездокументарные ценные бумаги», права пользования и т.п.).

Таким образом, обязательственно-правовые способы защиты прав собственности это иски, основанные на обязательстве, существующем между собственником и нарушителем его права по этому обязательству и его права собственности.

Как вещно-правовые, так и обязательственно-правовые иски направлены в ряде случаев на достижение единого результата. Например, истребование имущества из чужого незаконного владения и иск о возврате полученного у арендодателя по договору аренды направлены на получение вещи в натуре. Кораев К. В. Соотношение вещных и обязательственных отношений/ К. В. Кораев// Гражданское право. — 2006. — № 3. — С. 30. Вещные иски защищают нарушенные правомочия собственника — владение, пользование, распоряжение, хотя само право собственности бывает неутраченным. Обязательственно-правовые иски направлены непосредственно на защиту субъективных прав кредитора и зачастую имеют целью получение денежной суммы от должника (см. Приложение А).

Обязательственно-правовые иски могут быть основаны на договорах, а также вытекать из внедоговорных обязательств. Это:

  • — иски о возмещении убытков, причинённых неисполнением или ненадлежащим исполнением договоров;
  • — иски о возврате вещей, предоставленных в пользование по договору;
  • — иски о возмещении причинённого вреда;
  • — иски о возврате неосновательно полученного или сбережённого имущества.

Иски о возмещении убытков, причинённых неисполнением или ненадлежащим исполнением договоров. Применение обязательственно-правовых средств защиты права собственности на базе договорных отношений зависит от предмета договора, нарушенного договорного обязательства, от конкретного вида договора. При этом защита основывается на общих нормах обязательственного права и нормах, рассчитанных на обязательства определённого вида. Так, согласно ст.390 ГК, в случае неисполнения обязательства передать индивидуально-определённую вещь в собственность кредитор вправе требовать отобрания этой вещи у должника и передачи её ему, кредитору. Гражданский кодекс РФ: часть первая от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ// Сборник законодательства РФ от 5 дек. 1994 г., № 32.

Иски о возврате вещей, предоставленных в пользование по договору. Согласно ГК, возвращаемая вещь должна быть в том же состоянии, в каком должник получил её, с учётом нормального износа, или в состоянии, обусловленном договором (ст.622 ГК).

Иски о возмещении причинённого имущественного вреда. ГК (ст.1064) обязывает лицо, Гражданский кодекс РФ: часть вторая от 26 янв. 1996 г. № 14-ФЗ// Сборник законодательства от 29 янв. 1996 г., № 5. причинившее имущественный вред, возместить его в полном объёме. Закон предусматривает возмещение вреда в двух формах: натуральной (вещественной) и денежной (возмещение убытков).

В том случае, если вещи собственника причинен вред, в результате которого невозможно восстановление цельности испорченной вещи, либо ее каких-либо качеств, которые позволяют использовать функциональные, потребительские и прочие качества вещи и при этом собственность остается во владении, пользовании и распоряжении собственника и никакие третьи лица не мешают собственнику использовать эту вещь, либо индивидуально-определенная вещь утрачена необратимым образом, то в этом случае возможна только компенсационная форма восстановления прав собственника по поводу утраченного или испорченного имущества. Собственник может в судебном порядке возложить гражданско-правовую ответственность в форме компенсации причиненного ущерба на то лицо, которое стало причиной утраты или порчи имущества. При этом между действием или бездействием причинителя вреда и последовавшим ущербом должна быть причинная связь.

Согласно ГК, лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинён не по его вине.

Фирма «Олимп» предъявила иск о возмещении внедоговорного вреда к коммерческому банку «Пермь-Аверс», считая его хранителем описанного имущества. Однако из акта описи и ареста имущества от 09.02.94 усматривается, что значительная часть имущества передавалась на хранение представителю банка «Пермь-Аверс» Аристову. В соответствии со статьей 71 Инструкции об исполнительном производстве, утвержденной приказом Министерства юстиции СССР от 15.11.85 N 22, Аристов расписался в получении имущества.

Суд первой инстанции в ходе рассмотрения спора пришел к выводу о том, что Аристов действовал в качестве представителя банка «Пермь-Аверс». Однако суд не проверил, в качестве кого (физического лица либо представителя банка) Аристов получил вознаграждение за хранение описанного имущества. Между тем выяснение этих обстоятельств имеет существенное значение для решения вопроса о том, может ли банк являться надлежащим ответчиком. Кроме того, в материалах дела отсутствует решение суда общей юрисдикции по иску фирмы «Олимп» к банку «Пермь-Аверс» об исключении спорного имущества из описи и об освобождении его из-под ареста. Без этих доказательств суд лишен возможности вынести решение по существу спора.

Лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Между тем материалы дела свидетельствуют о том, что причинная связь между действиями коммерческого банка «Пермь-Аверс» и наступившим вредом, а также размеры причиненного вреда, не установлены.

В связи с изложенным, Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации отменил решение арбитражного суда, удовлетворившего исковые требования и направил дело на новое рассмотрение. Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ, 2005, №2, с.44-45

Иски о возврате неосновательно полученного или сбережённого имущества. Гражданским законодательством предусмотрено, что если лицо, которое без достаточных оснований, установленных законом, иными правовыми актами или сделкой, приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, оно обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (ч.1 ст.1102 ГК РФ). Гражданский кодекс РФ: часть вторая от 26 янв. 1996 г. № 14-ФЗ// Сборник законодательства от 29 янв. 1996 г., № 5. Установленное правило характеризуется универсальностью для защиты интересов собственника как при утрате им владения имуществом и незаконном владении имуществом третьими лицами, так и при требованиях стороны в обязательстве к другой стороне о возврате исполненного в связи с обязательством, при реституции, вызванной последствиями недействительности сделки и при возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

В практике работы Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации было дело, которое можно назвать характерным для данного рода исков.

Новомосковский родильный дом обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с СП «Ауто-Съюче-Инструменте» или коммерческого банка «Менатеп» 8 миллионов рублей, которые истец ошибочно перечислил на

расчетный счет совместного предприятия. Решением арбитражного суда г.Москвы в иске к банку «Менатеп» отказано, а в отношении совместного предприятия производство по делу было прекращено (дело № 5100/95).

По протесту заместителя Председателя Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации решение арбитражного суда отменил, а дело направил на новое рассмотрение в связи со следующим.

В соответствии со статьей 133 Основ гражданского законодательства лицо, которое без установленных законодательством или сделкой оснований приобрело имущество за счет другого, обязано возвратить последнему неосновательно полученное имущество. В исковом заявлении истец указал, что счет совместного предприятия № 345224 закрыт в банке «Менатеп» 27.04.94, а само предприятие реорганизовано. Учитывая сообщение банка о зачислении денежных средств на счет совместного предприятия 28.06.94 и 14.07.94, истец считает, что счет был закрыт раньше, чем на него зачислялись денежные средства. Поэтому нельзя исключить, что эти средства остались на корреспондентском счете КБ «Менатеп» и неосновательно удерживаются им.

Банк ни в ответе на претензию, ни в отзыве на иск утверждение истца не опроверг, однако не объяснил причину зачисления спорной суммы на закрытый счет клиента. Суд первой инстанции эти обстоятельства не проверил и, таким образом, вынес решение об отказе в иске к банку по недостаточно исследованным материалам дела. При новом рассмотрении дела суду необходимо затребовать от банка документы о времени и основаниях закрытия счета совместного предприятия, а также, учитывая, что в настоящее время арбитражному суду подведомственны споры с участием организации с иностранными инвестициями, проверить доводы истца о ликвидации совместного предприятия «Ауто-Съюче-Инструменте». Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ, 2005, №2, с.46-47

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации исходит из того, что в случае подтверждения этого факта возникнет необходимость защиты прав собственника, потерпевшего ущерб и требующего его возмещения в форме возврата неосновательно полученного имущества.

Закон предусматривает как возвращение неосновательного обогащения в натуре, так и возмещение стоимости неосновательного обогащения. По общему правилу имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре (ч.1 ст.1104 ГК РФ). В том случае, если невозможно возвратить в натуре неосновательно полученное или сбережённое имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки (ч.1 ст.1105 ГК РФ).

Защита прав владельца, не являющегося собственником

Согласно ст.305 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицу, не являющемуся собственником, но владеющему имуществом по закону или договору, предоставляются права для защиты права собственности.

Владельцем признается лицо, в хозяйстве которого находится вещь. Под владением понимается фактическое обладание вещью, при котором возможно физическое, хозяйственное воздействие на вещь.

Владение собственника основывается на принадлежащем ему праве собственности, право владения составляет правомочие собственника. Залогодержатель является владельцем заложенного имущества в силу принадлежащего ему залогового права.

В гражданском праве различается владение законное и незаконное, добросовестное и недобросовестное, владение собственника и владение лица, не являющегося собственником.

Незаконное владение — это фактическое обладание вещью, не основанное на каком-либо праве и возникшее с нарушением закона (владение краденой вещью, присвоенной находкой и т.п.). Незаконное владение не охраняется правом.

Законное владение опирается на определенное правовое основание (титул владения). Оно осуществляется собственником, а также несобственником, управомоченным владеть чужим имуществом на основе определенного правового титула (договора, закона или административного акта). К титульным владельцам на основании договора относятся: хранитель, наниматель, безвозмездный пользователь имущества и т.д.

Владение собственника, как основанное на праве собственности, является законным, но в отдельных случаях и оно может быть незаконным. Например, если собственник взял самоуправно вещь, которую он передал по договору найма, то его владение будет незаконным.

На законное и незаконное принято подразделять владение несобственника.

Законное владение — приобретенное от собственника (непосредственно или через управомоченное им лицо) с соблюдением установленных правил. Незаконное — владение, приобретенное не от собственника с нарушением установленных правил.

Незаконное владение подразделяется на добросовестное и недобросовестное (законное владение не может быть недобросовестным). Добросовестным признается владение, приобретая которое владелец не знал и не должен был знать о его неправомерности. При этом выражение «не знал и не должен был знать» означает невиновное заблуждение приобретателя. Если приобретатель знал или должен был знать о неправомерности приобретаемого владения, то оно признается недобросовестным (покупка заведомо краденой вещи или покупка дорогой вещи по низкой цене).

Содержание правомочия владения несобственника зависит от правоотношений с другими лицами, передавшими ему владение имуществом. Несобственник осуществляет свое право владения на основании права другого лица (собственника или носителя права оперативного управления) в пределах, установленных договором с собственником или иным правовым актом. Например, хранитель, экспедитор, наниматель и другие титульные владельцы осуществляют владение вверенным им имуществом, исключительно исходя из условий договора с собственником или управомоченным им лицом.

Право владения у собственника возникает всегда в сочетании с двумя другими правомочиями — пользования и распоряжения. Право владения у титульного владельца может сочетаться или с правом пользования (наниматель) или с правом распоряжения (комиссионер) или вообще может не сочетаться ни с одним, ни с другим, например, владение хранителя (если иное не установлено законом или договором). Но у титульного владельца никогда не может быть одновременно всех трех правомочий: владения, пользования и распоряжения. При сочетании же правомочий владения и распоряжения у титульного владельца они имеют более узкие пределы. Например, распоряжаться имуществом комиссионер может лишь в соответствии с данным ему поручением. Он вправе продать вещь, но не передать ее по договорам займа или имущественного найма или в залог и т.д. Право владения титульного владельца всегда носит срочный характер, а продолжительность владения определяется договором или иным правовым актом.

Право титульного владельца на владение, приобретенное по договору с собственником или в силу закона, выступает как производное от права собственности не только по происхождению, но и по характеру, по своему содержанию. Это значительное сходство неизбежно подсказало необходимость применения общих гражданско-правовых способов защиты владения всех законных владельцев (собственников и несобственников).

Наниматель, хранитель, залогодержатель и другие лица, получившие имущество в сферу своего хозяйствования на основании договора или закона, в случае неправомерного выбытия этого имущества из их владения вправе истребовать его из недобросовестного незаконного владения, а в определенных случаях — и из незаконного добросовестного владения. Для применения этого правила необходимо, чтобы истребуемая вещь была в наличие, иначе возникает иск о возмещении убытков.

На титульного владельца распространяются правила, установленные для истребования собственником имущества от добросовестного незаконного приобретателя (ст.ст.302..305 Гражданского кодекса Российской Федерации). Так, из общего правила об истребовании имущества из чужого незаконного владения закон предусматривает следующие исключения: имущество, возмездно приобретенное добросовестным приобретателем (по договору купли-продажи), подлежит истребованию при условии выбытия из владения титульного владельца помимо его желания (утеряно, похищено и т.п.); имущество, безвозмездно приобретенное добросовестным приобретателем (например, по договору дарения) от лица, которое не имело права отчуждать его, подлежит истребованию во всех случаях, независимо от способа выбытия титульного владения — по желанию или помимо желания титульного владельца. Но не подлежит истребованию имущество, приобретенное добросовестным приобретателем при продаже его в порядке, установленном для исполнения судебных решений, хотя данная норма прямо не указана в законе (но по смыслу закона она имеет место).

Титульному владельцу предоставляется право истребовать имущество от добросовестного приобретателя не только в тех случаях, когда оно выбыло из владения самого титульного владельца, но и тогда, когда имущество выбыло из владения лица, которому титульный владелец передал имущество на время, причем выбыло оно помимо желания этого лица (ч.1 ст.302 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Наравне с собственником титульному владельцу предоставлено право на иск, направленный на устранение всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения. Этот способ гражданско-правовой защиты может быть использован титульным владельцем против нарушений, препятствующих осуществлению права на пользование (наниматели или хранители, залогодержатели, если пользование предусмотрено договором), или других обязанностей, возложенных на титульного владельца по договору или закону. Титульный владелец, как и собственник, вправе предъявить такой иск при условии неправомерности действий со стороны ответчика и не прекращения их к моменту предъявления иска. Так, в районных судах нередки иски собственников жилых домов об устранении всевозможных помех в пользовании строением. Например, с крыши сарая стекают дождевые воды на стены соседнего жилого дома, в помещении появляется сырость, нарушается нормальное пользование домом, собственник обращается с иском к соседу о переносе сарая. Согласно ст.ст.304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации, такой же иск вправе предъявить и арендатор дома.

Номинальное владение долей в УК ООО

1. Речь идет о договоре доверительного управления. Обязательные условия договора доверительного управления установлены статьей 1016 ГК РФ. Договор не требует дополнительного удостоверения. 2. Переход прав не требуется, так как Петров только представляет интересы владельца доли. Достаточно расторгнуть договор доверительного управления.

Требования к доверительному управлению имуществом, в том числе долей в уставном капитале ООО, установлены главой 53 ГК РФ.

Подп.»д» пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ предусматривает внесение в ЕГРЮЛ сведений о доверительном управлении долей в уставном капитале ООО только в том случае, когда доверительное управление возникает при наследовании доли.

Обоснование данной позиции приведено ниже в материалах «Системы Юрист».

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Под редакцией доктора юридических наук, профессора С.А. Степанова.

«Статья 1012. Договор доверительного управления имуществом

Передача имущества в доверительное управление в соответствии с нормами Гражданского кодекса РФ является способом осуществления своих абсолютных правомочий собственником, определяющим цели, условия и порядок управления*. В отличие от доверительной собственности, доверительное управление носит открытый для третьих лиц характер, не имеет доверительного характера и построено на жесткой конструкции взаимных и четко определенных прав и обязанностей сторон обязательственных отношений.

Договор доверительного управления является*:

  • по общему правилу реальным;
  • по общему правилу возмездным;
  • двусторонне обязывающим.

Предметом договора доверительного управления является длящееся совершение управляющим в отношении переданного ему имущества любых юридических и фактических действий в интересах выгодоприобретателя».

Профессиональная справочная система для юристов, в которой вы найдете ответ на любой, даже самый сложный вопрос.
Попробуйте бесплатно

Номинальный владелец иностранной компании в российской правовой действительности

В связи с введением в России правил о контролируемых иностранных компаниях (КИК) в 2015 году возникла необходимость нормативного регулирования понятия «номинального владения» иностранной компанией, ранее отсутствовавшего в сложившемся российском правопорядке.

Дело в том, что в большинстве государств англо-саксонской правовой семьи (государств общего права) допускается «расщепление» права собственности на два составляющих: номинальное владение и бенефициарное владение. Традиционно, номинальный владелец является только формальным собственником какого-либо имущества (в том числе долей участия в капитале и акций компаний), чьи данные вносятся в правоустанавливающие документы, а бенефициарный владелец – реальным собственником, в чьих интересах и действует номинальный владелец, не претендуя на основные правомочия владения, пользования и распоряжения имуществом.

Российский правопорядок, сформировавшийся на основе континентального права, не подразумевает возможность подобного «расщепления» права собственности на номинальное и бенефициарное владение. Лицо, чьи данные были внесены в правоустанавливающие документы, при любых обстоятельствах будет признано реальным собственником имущества с правовой точки зрения, вне зависимости от имеющихся договоренностей этого лица в отношении осуществления каких-либо прав (правомочий) иными лицами. Такие договоренности о номинальном владении, как в устной, так и в письменной форме, не имеют в России правовой силы.

Законодательное определение номинального владельца

Тем не менее, после того, как в России вступили в силу нормы о КИК и у российских резидентов (как физических, так и юридических лиц) появились обязанности отчитываться перед налоговыми органами РФ о владении иностранными компаниями, вопрос об определении статуса номинального владельца иностранной компании стал актуальным в отдельно взятых отраслях права.

В связи с этим российским законодателем было дано определение номинального владельца. Оно содержится в подпункте 3 пункта 1 статьи 2 Федерального закона от 08.06.2015 N 140-ФЗ «О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов (вкладов) в банках и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – ФЗ-140): «номинальный владелец имущества — лицо, осуществляющее права собственника имущества в интересах и (или) по поручению физического лица на основании договора номинального владения имуществом».

В свою очередь, договор номинального владения имуществом определяется как «договор, который заключен в соответствии с законодательством иностранного государства и на основании которого права собственника имущества, принадлежащего физическому лицу, передаются иному лицу, осуществляющему эти права в интересах и (или) по поручению данного физического лица».

Следует отметить, что данные законодательные определения были введены исключительно для целей «амнистии капиталов» в России, то есть добровольного декларирования физическими лицами активов (в т.ч. зарубежных), позволяющего законным образом избежать наложения штрафов за невыполнение отдельных обязанностей в отношении КИК и не уплачивать задолженность по отдельным налогам за предыдущие периоды. Соответственно, эти определения имеют достаточно узконаправленную специфику, а их создание в первую очередь было необходимо для стимулирования раскрытия физическими лицами-резидентами РФ как можно более подробной информации о владении зарубежными активами, включая информацию о номинальных владельцах.

Что характерно, форма документа, на котором основывается механизм амнистии капиталов под названием «специальная декларация», не подразумевает обязательного заполнения сведений о номинальном владельце какого-либо декларируемого имущества. Информация о них вносится в добровольном порядке по желанию декларанта, в отличие от обязательного заполнения идентифицирующей информации о КИК (наименование, адрес, регистрационный номер, и т.п.).

Номинальный владелец и договор номинального владения имуществом

Существует точка зрения, что понятие номинального владения недостаточно детализировано для целей применения правил о КИК в частности и налогового законодательства РФ в целом. В некоторых аналитических материалах говорится о том, что имеющиеся определения не содержат перечня видов договоров номинального владения, создание которого позволило бы с большей степенью точности установить, действительно ли имеет место номинальное владение акциями или долями компании в каждом отдельном случае.

Самым распространенным видом договора номинального владения долями или акциями компаний в подавляющем числе юрисдикций является трастовая декларация (упрощенный вид договора доверительного управления имуществом). Она выдается номинальным акционером бенефициарному владельцу компании и содержит условия о том, что фактическим получателем доходов от акций иностранной компании является именно физическое лицо-бенефициар. На практике крайне затруднительно представить ситуацию, в которой используется иной вид договора номинального владения акциями и долями в самых популярных безналоговых и низконалоговых юрисдикциях (Британские Виргинские острова, Белиз, Кайманы, Панама, Кипр и пр.).

Что касается договоров номинального владения иным имуществом, то здесь уже возможно некоторое разнообразие их видов и форм: это может быть договор доверительного управления имуществом (трастовый договор), агентский договор, иные виды договоров, предусмотренные законодательством иностранных государств.

Степень разработанности определения номинального владения для целей применения российского законодательства

По нашему мнению, нет необходимости в более подробной детализации понятия номинального владения в России. Дело в том, что для целей применения правил КИК, а именно для выявления факта контроля над иностранной компанией, осуществляемого российским резидентом, наибольшее значение имеет бенефициарное владение. В соответствии с п. 6 ст. 25-13 Налогового кодекса РФ (далее – НК РФ) контролирующим лицом может быть признано лицо, осуществляющее контроль над иностранной организацией иным образом, нежели через прямое или косвенное участие в ее капитале.

Такая формулировка контроля над КИК всецело охватывает случаи, когда номинальный акционер владеет акциями или долями в пользу реального бенефициарного собственника, формально не являющимся акционером компании и не значащимся в реестре акционеров. На практике номинальным владельцем чаще всего является нерезидент РФ и при таких обстоятельствах его участие в структуре владения КИК не имеет определяющего значения для целей декларирования в РФ по правилам КИК, т.к. правила КИК накладывают обязанности именно на резидентов РФ.

Номинальными владельцами в большинстве юрисдикций могут выступать как физические, так и юридические лица, т.к. и те, и другие обладают общей гражданской правоспособностью и имеют право заключать договор номинального владения. Зачастую регистрационные агенты, оказывающие услуги по регистрации компаний в различных юрисдикциях, предоставляют также услуги номинального сервиса, т.е. предоставляют клиенту-бенефициарному владельцу номинального акционера для внесения данных о нем в реестр и обеспечения конфиденциальности бенефициарного владения.

Отдельно стоит отметить, что само понятие номинального владельца фигурирует в разделах общей части НК РФ, не посвященным КИК, для целей установления отдельных правил налогового администрирования:

  • В соответствии с пп. 8.2 п. 3 ст. 39 НК РФ не признается реализацией товаров и услуг для целей налогообложения передача имущества от номинального владельца бенефициарному, если такое имущество и его номинальный владелец были указаны в специальной декларации.
  • В соответствии с п. 2 ст. 41 НК РФ не признается доходом для целей налогообложения передача имущества от номинального владельца бенефициарному, если такое имущество и его номинальный владелец были указаны в специальной декларации.
  • Уточняющая норма п. 15 ст. 78 НК РФ содержит указание на то, что сам по себе факт указания в специальной декларации имущества и его номинального владельца не является признанием излишне уплаченной суммы налогов при передаче имущества от номинального владельца бенефициарному (если такая излишняя уплата имела место).

КРАТКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ТИТУЛЬНОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ КАК НЕПОИМЕНОВАННОГО СПОСОБА ОБЕСПЕЧЕНИЯ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ

Российское законодательство закрепило ряд положений о мерах обеспечения обязательств. В ходе осуществляемых экономических отношений в практике приобрели общее пользование следующие меры, как залог, неустойка, поручительство, независимая гарантия, задаток. Между тем законодатель допускает использование и иных мер обеспечения, не предусмотренные гражданским законодательством. В качестве примера меры, не предусмотренной Гражданским Кодексом РФ (далее – ГК РФ, кодекс), в статье будет рассмотрено титульное обеспечение.

В-первую очередь необходимо определиться с понятием и содержанием данного института. По мнению, С.В. Сарбаша под титульным обеспечением следует понимать – отношение в силу которого происходит передача правового титула (права собственности) от должника кредитору в обеспечение обязательства. Как отмечено С.В. Сарбашом происходит переход права собственности на имущество, в случае исполнения должником обязательства кредитор обязан перенести титул обратно, если же иное, т.е. должником не исполняется обязательство, кредитор получает титул окончательно и безвозвратно. Здесь необходимо упомянуть про залог, в случае неисполнения обязательства кредитор имеет право удовлетворения из стоимости заложенного имущества (часть первая статьи 334 ГК РФ) Исходя из вышесказанного отличие титульного обеспечения от залога заключается в способе обеспечения и способе удовлетворения в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства должником.

В римском праве титульное обеспечение было представлено в виде института fiducia cum creditore (фидуция в обеспечительных целях), сущность данного института – обеспечение обязательства происходило посредством in iure cession, по которому титул переходил от должника кредитору. Данный институт эволюционировал из nexi datio, согласно упоминаниям сохранившимся, должник обеспечивал обязательство своим телом, т.е. в случае невыполнения им обязанности он становился либо рабом, либо над ним устраивалась расправа, оканчивавшаяся смертью . В связи с этим И.А. Покровский высказал следующее мнение, что фидуция выражает в себе строгий характер обязательства, на основании которого кредитор получает больше прав, что нарушает баланс обязательства. Соотношение баланса выражается в учитывании интересов должника как сторон обязательственного правоотношения .

Титульное обеспечение представляет интерес для кредитора тем, что в должник может передавать в качестве обеспечения не только право собственности (титул) на вещь, но и иные объекты гражданских прав (статья 128 ГК РФ). Так, например, при передаче имущественных прав (вещных прав и обязательственных прав (права требования)) кредитору, на первый взгляд, можно прийти к выводу о сходности института факторинга (финансирования под уступку денежного требования), как меры обеспечения обязательств. Поэтому необходимо провести разделение данных институтов, так при факторинге фактор получает денежные требования к третьему лицу (должнику), давая взамен клиенту денежные средства в счет денежных требований и оказывая услуги, например, бухгалтерские. В то время, как при титульном обеспечении происходит непосредственно переход имущественных прав в отсутствии исполнения чего-либо взамен.

Для полного понимания данного института необходимо обратиться к методу компаративистики. Так, в английском праве данный институт имеет форму залога, об этом свидетельствую положения статьи 9 Единого Торгового Кодекса США. В исламской правовой системе обеспечительная собственность используется для обхода законодательства .

Ранее в статье было упомянуто, что российский законодатель предусматривает непоименованные способы обеспечения, одним из них является титульное обеспечение. Способы передачи права собственности могут быть оформлены двумя путями: обеспечительное удержание права собственности и обеспечительная передача права собственности. Более подробно будет разобран первый способ, так при обеспечительном удержании права собственности должник передает права собственности на вещь кредитору, при условии что он сможет владеть (т.е. фактически господствовать над вещью) и пользоваться ею. Как видно из сущности данного института у кредитора остается правомочие распоряжения, а именно в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обязательства, кредитор имеет право на изъятие данной вещи из фактического господства должника для дальнейшего получения выгоды. Если же должник не передает вещь, то на него могут быть распространены нормы о неосновательном обогащении в случае, если объектами выступают родовые вещи, либо нормы о виндикации, если объектом обеспечения была индивидуально-определенная вещь.

Cписок литературы:

  1. Дождев Д.В. Римское частное право. – М.: Норма, 2006. – 784 с.
  2. Егоров А.В, Усманова Е.Р. Залог и титульное обеспечение: теоретико-практическое сравнение конструкций // Вестник гражданского права. – 2014. – № 4. – С. 57-126
  3. Покровский И.А. История римского права. М.: Cтатут, 2004. – 540 с.
  4. Сарбаш С.В. Обеспечительная передача правового титула // Вестник гражданского права. – 2008. – N 1. – С 7-93.

Обеспечение исполнения обязательств и титульное обеспечение: сравнительный анализ



В настоящей статье приводится сравнительный анализ средств, обеспечивающих исполнение гражданско-правового обязательства, и титульного обеспечения. Автор статьи оценивает соотношение таких средств между собой.

Ключевые слова: обеспечение исполнения обязательств, титульное обеспечение

В настоящее время существует большое количество средств принуждения должника к исполнению гражданско-правового обязательства. Иными словами, кредитор может прибегнуть к мерам, направленным на обеспечение исполнения обязательства.

В действующем ГК РФ отсутствует определение понятия «обеспечение исполнения обязательств». М. И. Брагинский и В. В. Витрянский относят обеспечение исполнения обязательств к традиционным институтам гражданского права, известным ещё римскому праву. Они направлены на укрепление обязательства, то есть придание такой твердости обязательственному праву, которой не достает ему в силу его относительного характера . Очевидно, что учёные отождествляют способы обеспечение исполнения обязательства с вещным обеспечением. Так ли это на самом деле?

Дело в том, что римскому праву были известны далеко не все существующие на данный момент времени способы обеспечения исполнения обязательства. В частности, к ним относились залог, поручительство, задаток и залог . Однако не каждый из таких способов можно назвать вещным. Согласно классификации способов обеспечения исполнения обязательств, представленной группой авторов (В. Байбак, Р. Бевзенко, А. Карапетов, А. Павлов, М. Церковников), способы обеспечения исполнения обязательств делятся на три группы :

  1. Вещные способы (залог).
  2. Приостановление исполнения обязательства (удержание).
  3. Меры особого рода, или sui generis (гарантия, поручительство).

Ряд исследователей считает, что удержание также следует отнести к вещным способам обеспечения исполнения обязательства, а не выделять в качестве самостоятельной разновидности. Обусловленность данной точки зрения вытекает из принципа «право следует за вещью» : вещь, удерживаемая кредитором, находится в его владении. Кроме того, вещное обеспечение, по общему правилу, позволяет истребовать вещь у должника в натуре. Поэтому закономерно относить удержание к вещным способам обеспечения исполнения гражданско-правовых обязательств наряду с залогом.

Представленная классификация несовершенна также и потому, что она вовсе не учитывает такие способы обеспечения исполнения обязательств, как неустойка, обеспечительный платёж и задаток. По логике авторов, представленной выше, меры особого рода предполагают возможность требования исполнения обязательства не в натуре, а в виде денежного возмещения. Значит, такие способы следует относить к мерам sui generis.

Особое внимание следует обратить на поручительство как способ обеспечения исполнения обязательства. Согласно п. 1 ст. 361 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) поручительство допускается как по денежным, так и по неденежным требованиям . Поэтому можно предположить, что при поручительстве допускается истребование вещи в натуре. Иными словами, поручительство может относиться к обеим группам способов обеспечения исполнения обязательств. Соответствует ли данный тезис действительности?

Полагаем, что исполнение обязательства поручителем не может быть связано с передачей вещи в натуре. Ведь вещное обеспечение предполагает возможность истребования индивидуально-определённой, и не родовой вещи . Поручитель не может обладать вещью в натуре в силу фактических обстоятельств. Следовательно, кредитор при предъявлении требований к поручителю не вправе рассчитывать на получение вещи в натуре. Подобной позиции придерживался и Высший Арбитражный Суд Российской Федерации (п. 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» . Таким образом, поручительство является мерой sui generis.

Классификация способов обеспечения исполнения обязательств в гражданском праве Российской Федерации была проведена не случайно. Принцип «следования за вещью» предполагает, что кредитор может применять меры понуждения к исполнению обязательства не только через вещь, но и через титул на неё. Примерами титульного обеспечения в российском праве являются обеспечительная купля-продажа (ст. 491 ГК РФ), которая ранее именовалась как сделка РЕПО, финансовая аренда, или лизинг (ст. 665 ГК РФ) и финансирование под уступку денежного требования (ст. 821 ГК РФ).

Титульное обеспечение — одна из мер-гражданско-правового характера, которая позволяет обеспечить интересы кредитора. Она активно применяется в зарубежном праве. Титульное обеспечение заключается в том, что стороны обязательства договариваются о передаче или удержании права собственности кредитором до того момента, когда должник исполнит своё обязательство в полном объёме .

Некоторые зарубежные исследователи называют титульное обеспечение «квазиобеспечением» . Это обусловлено тем, что должник обладает возможностью владеть и (или) пользоваться вещью, однако не обладает на него полной совокупностью вещных правомочий собственника. В современной российской цивилистике нет единой позиции по поводу того, какова правовая природа титульного обеспечения. Так, например, О. Б. Андреева считает, что титульное обеспечение следует относить к способам обеспечения исполнения обязательств , так как перечень таких способов в силу п. 1 ст. 329 ГК РФ является открытым. В судебной практике отсутствует однозначная правовая позиция, однако неоднократно проводились попытки сопоставления титульного обеспечения с залогом и удержанием .

Последняя позиция отражает объективные реалии. Так, например, наличие вещи во владении, но отсутствие на неё права собственности не позволяет кредиторам должника претендовать на имущество при введении процедур банкротства. В этом случае было бы закономерным применять к титульному обеспечению положений о залоге по аналогии. Тем не менее, в практике российских судов находит отражение другая точка зрения, согласно которой кредитор может получить лишь денежное возмещение, а, значит, будет предъявлять требования к должнику в порядке очерёдности .

Таким образом, титульное обеспечение следует признать одним из способов обеспечения исполнения обязательств. Согласно общемировой практике, титульное обеспечение является разновидностью вещного обеспечения. Однако в Российской Федерации суды отказываются признавать данную конструкцию в качестве таковой, распространяя на неё правила о денежном возмещении, тем самым относя её к мерам особого рода. Поэтому автор данной статьи считает, что необходимо законодательно урегулировать титульное обеспечение, включив его в положения об исполнении обязательств ГК РФ.

Литература:

  1. Брагинский М. И. Витрянский В. В. Договорное право. Книга первая. Общие положения. Издание 3-е, стереотипное. – М.: Статут, 2006. – С. 349.
  2. Ульянищев В. Г. Основы римского права: Курс лекций. 2-е изд., доп. и перераб. – М.: РУДН, 2009. – С. 174.
  3. Бевзенко Р. Комментарий к ст. 329 ГК РФ «Способы обеспечения исполнения обязательств» // Zakon.ru. Первая социальная сеть для юристов. — https://zakon.ru/blog/2015/8/25/kommentarij_k_st_329_gk_rf_sposoby_obespecheniya_ispolneniya_obyazatelstv (дата обращения: 28.05.2017).
  4. Ульянищев В. Г. Основы договорного права Российской Федерации: Учебное пособие. – М.: Издательство РУДН, 2016.
  5. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. – 05.12.1994. – № 32. – Ст. 3301.
  6. Бадаева Н. В. Владение и владельческая защита в зарубежном и российском гражданском праве: Монография. – М.: ИД «Юриспруденция», 2012. – С. 152.
  7. Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» // Федеральные арбитражные суды Российской Федерации. – URL: http://www.arbitr.ru/as/pract/post_plenum/58414.html (дата обращения: 29.05.2017).
  8. Егоров А. В., Усманов Е. Р. Залог и титульное обеспечение: теоретико-практическое сравнение конструкций // Предпринимательство и право. Информационно-аналитический портал. – URL: http://lexandbusiness.ru/view-article.php?id=4346 (дата обращения: 29.05.2017).
  9. Сарбаш С. В. Обеспечительная передача правового титула // Вестник гражданского права. – 2008. – Том 8. – № 1.
  10. Андреева О. Б. Титульное обеспечение и обеспечительное удержание собственности: не поименовано законом, но лучшее. – URL: https://www.auditnalogpravo.ru/konsultaciya-advokata/titulnoe-obespechenie-i-obespechitelnoe-uderzhanie-sobstvennosti-ne-poimenovano-zakonom-no-luchshee-nachalo-publikacii/ (дата обращения: 29.05.2017).
  11. См., в частности: Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.10.1998 № 6202/97 // Хозяйство и право. – 2000. – № 1; Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 // Арбитражный суд Республики Алтай. – URL: http://altai.arbitr.ru/node/13707 (дата обращения: 29.05.2017).
  12. См., в частности: Определение от 30.07.2013 № 18-КГ13-72; Определение от 25.03.2014 № 18-КГ13-172 и т.п.

Вам также может понравиться

Об авторе admin

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *